Третий день

Это был третий день полномасштабной войны. Мы все еще в состоянии сильнейшего шока, задвинутого психикой в самый нижний ящик души, чтобы еще больше не напугать себя же своим же шоком. Впервые покинули загородный дом и едем в магазин за продуктами. Сначала удивило, что несмотря на встревоженные лица покупателей, никакой паники нет. Нет даже суеты, все вежливы и подчеркнуто внимательны друг к другу.

В аптеку стоит огромная очередь. Занимаем. Подхожу к началу, чтобы узнать, есть ли сердечные препараты, стоит ли вообще стоять. Препараты еще есть. Возвращаюсь в конец очереди. Хоть бы препарата хватило, у мамы барахлит сердечко. Через пять минут подходит парень «Кто тут спрашивал про барбовал?», после чего вручает заветную коробочку. Он стоял в начале очереди и услышал, как я спрашивала фармацевта об этом препарате. Умчался, даже денег не взял. Спасибо тебе, прекрасный человек.

Следующей задачей на этот день был бензин. Его нет нигде. Но он нам очень нужен. Подруга должна вывезти детей и маму на запад. И вдруг мимо очереди (в которой мы еще со слезами на глазах пялимся на упавший с неба барбовал) проходит девушка и бодрым голосом сообщает: «На заправке при повороте на Гору есть бензин». Я знаю эту заправку. Подруга, барбовал и я мчимся туда. Все так, бензин есть, а очереди почти нет. Мы хотели купить канистру, запастись бензином на дорогу. Но на заправке ее в продаже не оказалась. Стоявший рядом мужчина из теробороны показал жестом «спокойно» и через минуту притащил канистру. Подарил. Спасибо тебе, прекрасный человек.

При въезде в город в автомобильной очереди на КП человек в камуфляже и с автоматом наперевес заглядывает к нам в машину, видит моих пожилых родителей и пропускает вперед «Пожилые, пожалуйста сюда, без очереди».

В подъезде испуганного, притихшего дома возле лифта маленькое объявление от руки: «Любая помощь – сходить в аптеку, магазин, выгулять собаку» Имя Илья и номер телефона. Спасибо тебе, прекрасный человек.

Таких примеров тысячи по всей Украине. Меня они питают, возвращают веру в лучшее. В сердце рядом со страхом, рядом с ненавистью к ворвавшимся без спросу и убивающим нас соседям-нелюдям снова потихоньку расправляет крылья любовь к Людям. Мне звонят и пишут друзья, приятели и очень-очень дальние знакомые, с которыми виделись мельком кучу лет назад, но вот они вдруг снова возникают в моей жизни, укутывают, отогревают своим вниманием, участием. Спасибо вам, прекрасные люди.

Есть и другие люди – родственники из России и Крыма, которые не стеснялись по-родственному принимать помощь, с которыми столько было выпито водки в Курской области и в Симферополе. Кровные связи. Они так клялись в любви моим родителям… И вот теперь, когда жизни моих родителей в опасности от них – тишина…

Есть еще «друзья», с которыми было так круто тусить, танцевать, бухать, сплетничать. Так много было близких разговоров, уверений в дружбе. И сейчас от них – тишина…

Я не хочу о них думать, тратить на них свою жизненную энергию. Я просто их вычеркиваю из своей жизни. Война обнажает истину. Хорошее становится еще лучше, а плохое – портится окончательно.

Прекрасных, отзывчивых Людей гораздо больше. А сколько их сейчас в Украине! Я счастлива, что родилась именно на этой земле. По-новому осознала это. Благословенная земля Украина. Мы выстоим. Я это ЗНАЮ.

«Сто лет пытаюсь людям втолковать - Украина - это не границы, не таможня, не религиозный бэкграунд. Не карты языковых предпочтений. Не водоразделы и не тектонические плиты. Это люди, млять! Люди и еще раз люди! Они и есть культура! К их предкам из столетия в столетие приезжал один и тот же старьевщик! Их берег всегда один и тот же Бог! Вот тебе и вся идентичность». Владимир Рафеенко «Долгота дней»